Вытащив зеркало, девушка придирчиво рассмотрела себя, немного раздраженная одутловатостью своего лица. Пыль, которую она растревожила, копаясь в груде вещей, кружила в воздухе. Анастасия громко чихнула, и слезы выступила у нее на глазах. Она вновь взглянула в зеркало, стараясь в нем как можно лучше рассмотреть свое отражение.
Девушка была очень симпатичная, многие говорили о ней, как о настоящей красавице. Но слегка длинноватый нос лишал ее образа нежного создания, придавая волевой и целеустремленный вид.
Особенностью ее внешности было то, что каждый раз она представала перед чьим-то взором разной. Если при первой встрече она могла показаться милой, но далеко не красавицей, то после общения с ней, мнение кардинально менялось. Казалось, что внутри нее жила какая-то сила, изменявшая ее в зависимости от настроения девушки. И увидеть эту силу можно было, встретившись с ее удивительными прозрачно-голубыми глазами, в обрамлении густых черных ресниц. Твердый, крупный рот говорил об уверенности и силе ее характера. И именно это часто отпугивало от нее кавалеров. Она была слишком сильна для них.
Внезапно дверь трейлера противно скрипнула. Легкий ветерок принес запах свежести в душное помещение фургона. Анастасия забыла обо всех неприятностях.
Девушка натянула новую рубашку и штаны, а затем вышла на улицу. Погода стояла чудесная: золотистое солнце искрилось, маленькие розовые птички задорно чирикали, изумрудная трава двигалась в такт движениям ветра.
Утренние лучи солнца будили природу, скользя по необозримым просторам, переливающимися всевозможными красками: зелеными, голубыми, розовыми, белыми, желтыми и красными.
Где-то совсем близко раздался шум воды. Анастасия озадаченно оглянулась. Звук шел от густых зеленых кустарников. Она на цыпочках побежала к ним. Осторожно опустив ветку, она выглянула. В огромном серебристо-голубом озере плавал Маркус. Зеркальная гладь воды была, словно отполированная. Только изредка она колыхалась легкими всплесками воды в такт движениям плавающего мужчины. Нечеловеческое любопытство обуяло все существо Анастасии. И даже сейчас, не видя его каменного лица, девушка в который раз убедилась, что он не такой, как все обычные люди.
Мощное тело Маркуса то появлялось, то исчезало в прохладной глади озера. Огромные мускулы бугрились на его крепкой загорелой спине. У Анастасии перехватило дыхание. Маркус подплыл к берегу, и девушка поспешила спрятаться.
Тело Маркуса возвышалось в этом одиноком месте, как каменная скульптура, мощная и величественная. Мужчина быстро натянул на себя одежду и ушел к себе в фургон. Анастасия подождала несколько минут, и спустилась к озеру. Она опустила руку в воду и резко отдернула её: вода была очень холодная, казалось, что холод проникал даже в сердце.
Желание искупаться внезапно возникло в самой глубине души Анастасии. На мгновение она задумалась, решая, стоит ли удовлетворить свое желание или нет. Но, чем больше времени она находилась вблизи озера, тем все сильнее ей хотелось ощутить на своей коже прохладу воды.
Девушка быстро разделась, и начала заходить в озеро. С каждым движением вперед, холод сковывал все тело девушки. Анастасии стало страшно, и она мысленно пыталась вернуться на берег, но что-то безумно манило и тянуло её на глубину. Острые камни впивались в замерзшие ноги девушки, но она упорно продолжала двигаться вперед.
Дойдя до середины озера, она услышала чей-то тоненький смех, такой мерзкий и неприятный, что сердце девушки встрепенулось от какого-то необъяснимого панического ужаса.
– Ты – моя, – рассмеялся кто-то.
Девушка вздрогнула. Это был тот же голос, который заставлял ее прийти к женщине с фиалковыми глазами. В этом всем было что-то таинственное, магическое, но теперь, когда она чувствовала, как силы, с каждой секундой нахождения в ледяной воде, покидали ее, девушке было не до размышлений над происходящим вокруг. Ей хотелось закричать, чтобы позвать на помощь, но слова застряли в горле, и она была не в силах произнести, ни слова.
– «Это конец», – подумала Анастасия, но где-то в глубине души у нее зародилась мысль, что это только начало. И как бы это не звучало банально и даже смешно, но смерть действительно могла стать новым этапом в ее жизни.
От холода, который охватывал ее все сильней и сильней, кожа Анастасии начала приобретать нездоровый синевато-серый оттенок. Девушке стало страшно, она понимала, что больше не может сопротивляться этой непонятной для нее силе, которая звала ее к себе.
– Ко мне. Я так долго ждал тебя, – услышала она звучный голос.
Оглядевшись, она внезапно поняла, что он идет из ее тела, словно кто-то уже завладел им, и теперь пытался управлять ее мыслями и чувствами.
Анастасия оглянулась по направлению голоса, и никого не увидела. По спине пробежал холодок панического ужаса, но ноги, которыми Анастасия уже сама не повелевала, все двигались, и двигались вперед. Вода уже дошла ей до подбородка. Слезы катились по её синеватым щекам.
– А-а-а-а, помогите, – из последних сил попыталась закричать девушка, испуганная безвольностью собственного тела. Но ее голос был слабо различим даже для нее самой. – Афанасий! Афанасий, помоги мне! Спаси меня, брат.
Серебряные воды сомкнулись у неё над головой. Девушка пыталась сохранить воздух в легких, чтобы всплыть, но ноги, нащупавшие маленькие скользкие ступеньки, продолжали спускаться все глубже и глубже. Что-то тяжелое давило на неё, прижимая к самому дну озера. Сознание начало покидать ее.
Погружаясь, все глубже, она, придя в себя на несколько мгновений, испуганно закричала, пытаясь вдохнуть воздух. Но вместо этого ледяные воды озера заполнили ей рот, лишая ее голоса и способности разумно действовать. Анастасия перестала чувствовать нижние части своего тела, а затем и все остальное. Девушка потеряла сознание. Холодные воды озера проникли ей в легкие, заполнили все её внутренности.
Жизнь уходила из нее, растворяясь в водах этого странного озера, которое казалось таким прекрасным.
Внезапно, чьи-то сильные руки вырвали ее уже безжизненное тело из смертельных объятий Мириола. До последней минуты она думала о своем брате. Как он будет жить без нее? А самое страшное, как он доберется до отчего дома?
Афанасий чувствовал себя необыкновенно отдохнувшим. На его широкой груди лежала чья-то тонкая белоснежная рука.
Афанасий удивленно поднял голову. Он пытался вспомнить, каким образом он оказался в одном трейлере с этой очаровательной блондинкой. Но, взглянув в прекрасное лицо женщины, улыбнувшись, прикрыл глаза, понимая, что ему совершенно все равно, каким путем он оказался с ней. Главным было то, что эту ночь они провели вместе.
Внезапно душный воздух наполнился тонким звоном серебряного колокольчика, висевшем на шеё у девушки. Её фиолетово-голубые глаза мгновенно открылись. Она резко вскочила, и полуобнаженная выбежала из трейлера. Афанасий озадаченно посмотрел ей вслед, но сладкая дремота вновь охватила его, заставляя вновь лечь на мягкую подушку и погрузиться в чарующий мир грез.
Валентина бежала так быстро, насколько позволяли ей ноги. В считанные минуты она оказалась возле серебряного озера. На золотом песке, нагнувшись над распростертым телом Анастасии, сидел Маркус. Мужчина отчаянно пытался вдохнуть жизнь в холодное тело девушки.
Валентина твердым шагом подошла к Маркусу. Отстранив мужчину от безжизненного тела, она впилась своими огромными глазами в лицо Анастасии. Тонкая рука Валентины взлетела вверх над грудью девушки и начертила в воздухе таинственный знак, который мгновенно засветился ярко-желтым светом, но когда он изменился и стал алым, то проник в тело. Синяя кожа Анастасии в одно мгновение засветилась и стала приобретать перламутровый цвет. Затем все потухло, а Анастасия осталась лежать безжизненным существом.
Когда-то черные, словно смоль, волосы внезапно стали белоснежными, а кожа светилась перламутром, отсвечивая лучи теплого солнца. Но уже никакое тепло не могло согреть онемевшее сердце и тело девушки. Анастасия была мертва, и никакие силы, даже самые могущественные не смогли бы вернуть ей жизнь.
Валентина бросила взгляд на безжизненное тело Анастасии, и в который раз за свою жизнь ужаснулась. Всего несколько часов назад она была живая, а сейчас она напоминала восковую фигуру, больше похожую на отражение человека, чем на настоящего, когда-то живого, в котором раньше билось настоящее человеческое сердце.
Маркус встал и отошел от трупа. Повернувшись лицом к озеру, он швырнул в него огромный камень. По стеклянной глади озера пробежали угрожающие волны. Валентина подошла к Маркусу и обняла его за плечи:
– Она не первая, кого Мириол призвал, чтобы поглотить в себя. Ты должен был уже привыкнуть к этому, как привыкла я.
